БОЛЬШАЯ ШАХМАТНАЯ ДОСКА ОПРОКИНУЛАСЬ…

На прошлой неделе и правительство, и оппозиция отличались такой странной умиротворенностью, ни дать ни взять, — по-братски поделили оставшийся в республике запас тазепама. Михаил Саакашвили, в основном, пребывал за рубежом, где тоже не особенно шумел. «Национальный форум» собирал подписи с таким же рвением, как это делало во времена Шеварднадзе движение «Мдзлевели», а его лидеры молчали насчет планов на будущее, как захваченные Гестапо молодогвардейцы . Ничего не поделаешь, техника у них такая. Замерли и другие оппозиционные партии. Эта пауза – прекрасный повод для того, чтоб получше всмотреться в геополитическую перспективу происходящих процессов, которые выходят за пределы нашей внутриполитической «тихой комнаты».

ЧТО-ТО, ЯВНО, ПРОИСХОДИТ…

Туманная присказка «что-то происходит» в последнее время все чаще фигурирует в частных беседах. Ее используют не только простые смертные, которые затрудняются объяснить изменчивую действительность, но и весьма опытные политики и, более или менее, солидные эксперты (разумеется, в частных беседах, а то с телеэкранов они рассуждают так уверенно, словно в пятилетнем возрасте уже доказали теорему Ферма, а уравнение Пуанкаре, вообще, сравняли с землей).

Некоторые из них еще и высокопарно добавляют: «Творится что-то, явно». Это и естественно, ибо новая реальность никак не вмещается в рамки старого мышления. Времена меняются и мы меняемся вместе с ними, как говорили древние римляне. Правда, на Михаила Саакашвили это правило, на первый взгляд, не распространяется, но ясно, что река времени унесет и его, несмотря на то, будет ли он плыть против течения, или ухватится за мох.

Что предвещает новая реальность, в которой, очевидно, действительно что-то «происходит» для Южного Кавказа, где влияние России, за прошедшие после Августовской войны два года, значительно возросло? Кремль на четыре десятилетия утвердил свои военные базы в Армении и грузинских сепаратистских республиках и, фактически, взял под контроль воздушное пространство Грузии, поскольку расположенные в Абхазии зенитно-ракетные системы «запирают» все воздушное пространство Западной Грузии.

Кремль качественно улучшил отношения с Турцией и достиг важнейшего соглашения с Азербайджаном, который, год от года, позволяет России закупать все большие объемы газа, добываемого на территории страны, что создает возможность торпедирования ориентированных на Запад проектов (например, «Набукко»).

Соединенные Штаты такими достижениями похвастать не могут, их влияние на Азербайджан и Армению ослабло, вопрос вхождения Грузии в НАТО заблокирован, о создании военных баз и говорить не стоит. Теоретически, в актив Штатов можно записать лишь сохранение правительства Саакашвили, хотя это последнее ни в чем, кроме увеличения внешнего долга и нарушений прав человека, за прошедший период не преуспело. Ну, а сохранение Саакашвили для Белого Дома, если сослаться на известное высказывание, уподобилось «чемодану без ручки» — и тащить тяжело, и бросить пока жалко. Возможно, в том случае, если б США сконцентрировались на Южном Кавказе, они смогли бы сдержать продвижение России, хотя желания сделать это в Вашингтоне не наблюдается.У  Белого Дома, явно, другие приоритеты. Существующая тенденция предрекает подчинение региона России в будущем десятилетии и это прекрасно сознают на Западе,.. да, вообще-то, и на Востоке…

Томас де Вааль

Томас де Вааль

«Думаю, для Закавказья будет полезно, если сверхдержавы поладят между собой  и, в условиях отсутствия враждебных намерений, признают интересы друг друга. Внешние силы должны договориться не поставлять оружие в регион и совместно пресекать любые шаги в направлении конфликта. Впрочем, это будет иметь смысл только тогда,  когда регион окажется вне какого-либо альянса безопасности, и его «переходный» статус превратит его из конфликтной в нейтральную зону,- подобные соображения в первой пятилетке XXI века можно было услышать, разве что, от некоторых русских или, максимум, немецких политологов. А на сегодняшний день из этих позиций исходят уже и англо-американцы. Автор статьи, опубликованной в «Foreign Policy», Томас де Вааль – эксперт весьма серьезной организации, «Карнеги фонда»; раньше он был директором «Institute for War & Pease Reporting».

Если судить только по названиям должностей, может показаться, что де Вааля «понизили в лаборанты», однако если принять во внимание неформальную иерархию западных мыслительных центров, это – реальное повышение, один шаг (для большинства он остается единственным) к вершине той пирамиды, которую занимают архитекторы международной политики. Статья де Вааля – своеобразный ответ на ту неразбериху, которая царит на Западе в отношении Южного Кавказа, и, в то же время,- первоначальная формулировка, которая (предположительно) существует в определенных влиятельных кругах. Наверное, ошибочно было бы думать, что это личная импровизация человека, проснувшегося в плохом настроении.

О, ЭТИ ЛИЦЕМЕРНЫЕ ДЖЕНТЛЬМЕНЫ

Заголовок материала, опубликованного в «Foreign Policy»,- «Прекратите большую игру», сам по себе, парадоксален, ибо многим, в это время, вспоминается фраза великого писателя и империалиста, Редиарда Киплинга: «Когда все умрут, только тогда закончится большая игра». С этим азартным названием войдет в историю геополитическая схватка России и Британии (которую в последующем заменили США, хотя британцы не покинули позиций и выполняли роль младших партнеров Вашингтона) в Азии, в которой вектор действий России был направлен с севера на юг, к теплым морям, а англо-американский — наоборот, к богатому ресурсами Южному Кавказу и Центральной Азии.

Впрочем, вечная «большая игра» может временно приостановиться, и такой прецедент существует: перед Первой мировой войной, в 1907 году, Россия и Великобритания подписали конвенцию, которая четко разделили сферы влияния в Азии (Афганистан, Памир), а Персия, фактически, очутилась в совместном «пользовании» обеих империй и превратилась в кондоминат.

Инициатором соглашения был Лондон, и это определялось двумя предпосылками: а) приближалась схватка с Германией, в которой Лондон и Петербург должны были быть союзниками. Вместе с тем, у Германии были конкретные планы проникновения в самый центр Азии (например, прокладка железной дороги до Багдада, попытка вмешательства в афганские дела), и два азиатских игрока объединились по принципу «два минус один»; б) позиции России в регионе, в частности, в Персии быстро укреплялись. В такой ситуации временное перемирие было для Лондона наилучшим выходом. Томас де Вааль – британец, и, надо полагать, он прекрасно понимает, какова цена и значение этой сделки.

Чем обстановка, имевшая место век назад, напоминает сегодняшнюю? В определенном смысле, они идентичны. Существует третья сила – Китай, в то же время, Россия продвигается вперед на юге (точнее, в Закавказье), и ничто не указывает на то, что Запад сможет ее остановить (или хочет это сделать). К старинному британскому высказыванию – «когда условия игры не позволяют джентльменам победить, они их меняют» — можно добавить продолжение: «Когда джентльменам не дают возможности изменить правила игры (а за шулерство колотят канделябрами), они начинают торговаться». Торговля, конечно, начинается с демонстрации идиллической картинки: нейтральный, демилитаризованный Кавказ, пекущиеся о нем миролюбивые сверхдержавы,- короче, полное согласие и взаимопонимание, или, как сказали бы в 1907-м, «L’Entente cordiale» — «полюбовное соглашение», которое известно нам под именем «Антанты».

В переводе на язык реальной политики, это – предложение южнокавказского кондомината для англо-американцев и России и разделение сфер влияния в Центральной Азии по принципу «два минус один, т.е. Китай».

Впрочем, сегодня не времена Киплинга, и подобные циничные предложения не делаются открытым текстом. Вероятно, поэтому Томас де Вааль призывает к «прекращению большой игры» (о возможном подтексте которого мы уже говорили) и, наряду с этим, пишет, что «самая большая иллюзия – представление этого региона в виде «большой шахматной доски, на которой большие государства передвигают маленькие страны как пешки, в соответствии с собственными интересами».

В действительности же, как бы не изменялся геополитический климат, местные политики всегда исхитряются манипулировать внешними силами, во всяком случае, в такой же мере, в какой большие манипулируют ими».

Если мы возьмем дневники и письма вице-королей Индии и других высокопоставленных англичан в Лондон 80-90-х годов XIX века, то встретим в них (один к одному) именно такие оценки: оказывается, коварные туземцы манипулируют великими империями, поэтому необходимо связать их всех «полюбовным соглашением» (какая разница, будет ли это афганский Абдур Рахман Хан (19 век), талантливый правитель, или Михаил Саакашвили, о котором мы и так все знаем). Это вовсе не означает, что малые региональные государства абсолютно беспомощны, хотя преувеличивать их возможности не стоит.

Далее де Вааль указывает на еще «две иллюзии», которые. по его словам, мешают реалистичному восприятию существующей обстановки.

БОЛЬШОЙ ТОРГОВЫЙ ПРИЛАВОК

Одна иллюзия, согласно мнению Томаса де Вааля, состоит в том, что Россия (по его рассчетам,- «самый сильный игрок»), вроде бы, всемогуща на Южном Кавказе; вторая – в том, что южнокавказский регион, будто бы, имеет большой значение для Запада. Оба эти аргумента (в которых имеется вполне определенный подтекст: а) Москве: уж столько-то Запад сумеет в этом смутном регионе, чтоб, с помощью местных, попортить вам кровь; б) Вашингтону: мы, все равно, физически не сможем сохранять эти месторождения и плацдармы) также представляют собой призыв к «перемирию». В данном случае, важна не конкретика, а общий порыв и принципы подхода к проблемам. Если Россия разделит эти принципы, для Запада не будет иметь существенного значения, где пройдет линия раздела сфер влияния – по Кавказу, ирано-азербайджанской границе или где-то еще (это предмет сопутствующей торговли), поскольку основная ставка («все минус Китай») неизмеримо выше.

Вместе с тем, в конце статьи де Вааль обнадеживает западных политиков и советует им спросить себя : «Будут ли мои действия способствовать открытию границ и освобождению изолированного региона?» Вообще-то, открытие границ и рынков в политическом лексиконе Запада – синоним экспансии, хорошей иллюстрацией чему служит история покорения Соединенными Штатами большей части азиатско-тихоокеанского региона.

У этого призыва к смене стратегии действий, предположительно, две стороны: она дает надежду на достижение хороших результатов в бедущем с помощью не раз с успехом использованных методов, и, в то же время, содержит воззвание завершить сегодняшнюю (в определенном смысле, проигранную) игру путем «L’Entente cordiale» с Россией.

В статье, обсуждению которой мы посвятили столько времени, есть множество других интересных моментов, хотя нас она, в первую очередь, привлекает как один из индикаторов настроя, сложившегося на Западе, как иллюстрация подхода определенных влиятельных кругов, а то практическая реализация рассмотренных принципов, конечно, интересна, однако, с точки зрения большой политики, представляет собой всего лишь технический вопрос.

Несмотря на то, согласится ли Россия на сделку, подобную конвенции 1907 года, или продолжит фарсированное продвижение на Южном Кавказе, перспективы правительства Саакашвили, в любом случае, весьма сомнительны.

Дмитрий Мониава

http://geworld.net

29 сентября 2010 год

Facebook comments:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *