Какая модель нужна Грузии?

Г-н Васадзе точно подметил, что для успешности реформ нужна конституция, защищающая от контрреформации. Но есть большие сомнения в необходимости сильной президентской власти и фиксации этого в конституции.

Сильная власть одного человека всегда таит в себе опасность. Можно, конечно, верить, что президентами становятся «хорошие и честные» люди, но, увы, жизнь устроена так, что к власти приходят худшие. И стране очень везет, если глава государства лишь лучший из худших. Как раз поэтому необходима детально продуманная конституция и максимум реформ. И не надо строить иллюзии, что сильная власть – двигатель реформ. На начальном этапе такое может быть, но конституция принимается не на один или два года и надо оценивать долгосрочные последствия.

Парламентская республика также не защищена от популизма, но в данном случае всегда есть противовес в лице других партий и необходимости сохранения репутации. Один человек, дорвавшийся до власти, намного опасней, чем партия, получившая большинство в парламенте. В конце концов, партийные интересы требуют долгосрочной стратегии, в отличие от интересов одного человека. В этом смысле парламентская республика лучшая защита от опасных и неэффективных решений власти.

Конечно, идеальной защиты не существует. Неограниченная демократия всегда тяготеет к росту социальных расходов и, как следствие, налогов, что легко увидеть на примере любой европейской страны и даже США. Но это только дополнительный повод серьезно подойти к созданию конституции, по сути, единственной серьезной преграде на пути к социализму и прочему злу.

В этой связи я бы хотел выделить пять, на мой взгляд, самых важных реформ, необходимых на данном этапе.

Во-первых, в конституции должны быть ограничены сроки правления. Причем так, чтобы президент не мог вообще занимать никакую должность в исполнительной ветви власти после окончания срока правления. Тогда не возникнут спекуляции на тему «а что будет делать Саакашвили после выборов?», а политическая среда будет более спокойной и предсказуемой.

Во-вторых, надо усложнить процесс внесения изменений в конституцию. Сейчас в проекте конституции предполагается, что изменения должны подтверждаться двумя созывами парламента. Очень здравая мысль, но не до конца продуманная. При такой системе конституцию можно изменить за 1-1,5 года, то есть кардинальные изменения возможны под воздействием краткосрочных предпочтений избирателей, что очень опасно. Намного эффективней ввести временное ограничение на изменения, когда поправки должны быть повторно утверждены через 7 лет, а по ключевым статьям – через 14 лет. Тогда такая конституция точно будет защищена от популизма и необдуманных, скоропалительных решений.

В-третьих, необходимо радикально снизить налоги, чтобы люди привыкли к ограниченному государству, а оно автоматически становится ограниченным, если бюджет правительства невелик. Вместе с тем, очень сложно согласиться с утверждением, что налоговое бремя за последние годы возросло. Ведь оно включает в себя не только уплачиваемые государству деньги. Если у вас до «революции» было 2 бухгалтера, а сейчас 1, то налоговое бремя снизилось как минимум на заработную плату 1 сотрудника. Улучшение бизнес среды снижает не только налоговые платежи, но и издержки функционирования, что не менее важно. Однако верх лицемерия, когда члены правительства, называя себя либералами, думают о новых налогах (на дальнобойщиков), терпят без острой надобности дефицит бюджета и, что вообще кощунственно, не отменяют внешнеторговые ограничения. Грузия в этом смысле прекрасный пример: даже понимающие выгоду либерализма политики не могут отвернуться от требований текущей политической конъюнктуры. И тогда возникают мегапроекты инвестиций и мегапрограммы занятости, тогда как для начала можно было бы отменить пошлины.

В-четвертых, конституцию необходимо принимать уже после радикального снижения налогового бремени, перехода к бездефицитному бюджету и начала погашения внешнего долга (вплоть до обнуления долга). Это должно быть своеобразным сигналом, что основные институциональные реформы завершены, и новая реальность отражена в новой конституции. Иначе нерешенные проблемы могут снизить легитимность конституции (в восприятии граждан) и закрепить потенциально конфликтные ситуации внутри общества.

И наконец, власть должна быть строго ограничена. Ни в коем случае нельзя идти по европейскому пути с созданием мифических прав человека, а взять за основу конституцию США «с делегированными, перечисленными и тем самым ограниченными полномочиями» правительства. Государство изначально должно быть поставлено в строгие рамки, чтобы бюрократ считал себя слугой, а не господином. Однако это не значит, что, позаимствовав принцип, надо брать и «форму». Какой смысл в штатах или федеративном устройстве? В США сначала были штаты, а потом федеральное правительство, а где в Грузии сейчас реально автономные регионы? Очень опасно искусственно вручать кому-либо власть, да и зачем, если в стране – низкие налоги и отсутствует государственное регулирование экономикой? В такой институциональной среде децентрализация бессмысленна – децентрализовывать нечего.

Если в качестве вывода кратко изложить всё вышесказанное, то можно сказать, что активные либеральные реформы в сочетании с конституцией, ограничивающей власть – лучшая модель для Грузии, да и не только для неё. Но для её реализации нужны терпение и дальновидность. А есть ли они у руководства Грузии?

18  июня 2010 года

Александр Раквиашвили

Facebook comments:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *