Ситуация в Армении проясняется, но России от этого лучше не становится

Никола Пашинян

Никола Пашинян

Политическая ситуация в Армении меняется с калейдоскопической быстротой, не оставляя времени для ее сколько-нибудь углубленного осмысления и анализа в форме аналитической статьи, а поэтому приходится работать в жанре эссе. В соответствии с требованиями жанра нельзя в одной публикации распыляться на несколько тем сразу, а поэтому для анализа взята одна, — почему власти России практически до последнего не могли поверить в то, что они безвозвратно утрачивают свои позиции в этой стране.

На мой взгляд, ответ на него лежит исключительно в идеологической плоскости: модель внешнего управления Арменией для Кремля казалась практически идеальной, поскольку исправно работала почти два десятилетия, и поэтому была перенесена на Россию, хотя внутри страны начала буксовать раньше, чем за ее пределами. Армения казалась  для Кремля образцом административно-бюрократической управляемости, но она буквально за две недели рухнула, похоронив под собой все иллюзии на свой счет.

Ошибки России
Стратегическая ошибка российского политического руководства в лице президента Владимира Путина и его ближайшего окружения  в организации своего влияния в Армении заключалась и до сих пор заключается в том, что эта страна последние без малого два десятилетия воспринималась ими как почти что субъект Российской Федерации. Поэтому отношение к ней было совершенно тождественным.

Внутри России отношения между федеральным центром (читай — Кремлем) и регионами основываются на примитивно феодальном, но от этого не менее эффективном и даже рациональном триедином принципе — контроль над ресурсами, контроль над инфраструктурой и контроль над местными элитами. Поскольку Армения крайне бедна природными ресурсами, то главным ее эксплуатируемым ресурсом стали люди, сегодня в России в качестве гастарбайтеров работают до полутора миллионов граждан Армении. Причем их работодателями, главным образом, являются этнические армяне, аффилированные высокопоставленными российскими чиновниками, получающими долю маржи от эксплуатации  выходцев из этой страны.

Сегодня российским госкорпорациям (Газпром, РЖД, Росатом и проч.) принадлежит почти вся инфраструктура Армении, без которой абсолютно невозможно даже то ущербное существование местного населения, по факту поставленного на грань физического выживания. Политическая элита Армении в лице так называемого «карабахского клана», а по сути — военной хунты полевых командиров незаконных вооруженных формирований армянских сепаратистов Нагорного Карабаха также была лояльна Кремлю, поскольку именно с его молчаливого согласия пришла к власти в стране в ноябре 1999 года после террористического акта в армянском парламенте.

Однако из этой, казалось бы, идеальной схемы государственного управления вассальной территорией был напрочь исключен один важнейший элемент — само население страны, которое воспринималось или как безгласный и бесправный объект управления, или как объект извлечения прибыли посредством продажи энергоресурсов или коммунальных услуг. Реальная забота властей о благосостоянии и благополучии населения была заменена пропагандой и иными формами внеэкономического управления — раздуванием истерии по теме внешней угрозы, искусственным усилением влияния церкви, клерикализацией общественной жизни, фашизацией общества посредством превращения теории цегакрона Гарегина Нжде в государственную идеологию, безмерное раздувание величия полулегендарного-полумифического исторического наследия, которого в реальности не было.

Именно по такому пути пошла Италия в 1924 году с приходом к власти в этой стране Бенито Муссолини. Кстати, именно он в 1929 году подписал декрет о создании Ватикана. По улицам и площадям Еревана и других армянских городов гордо вышагивали местные флангисты во главе со священниками, но только назывались они на местный манер «еркрапа», а их шествия возглавляли не римско-католические, а армяно-григорианские священники. Во всем остальном сходство между Италией 1930-х и Арменией 2000-з было поразительным, по крайней мере, для беспристрастного стороннего наблюдателя с глубоким историческим образованием и склонностью к анализу.

Российских властей такое положение дел в вассальной стране полностью устраивало, поскольку система и методология государственного управления общественной жизнью в Армении  в целом соответствовала российской, а поэтому была понятна. Армянская власть была лояльна к России, народ почти безмолвствовал, и все Кремлю в этой стране казалось прекрасным и благополучным. Вот только со всевластием хунты военных преступников народ Армении мириться не хотел, периодически поднимаясь на социальные протесты в 2008-м, в 2015-м, 2016-м годах. Эти протесты становились все более частыми и все более масштабными по мере того, как общество удалялось от власти, а хватка власти на его шее ослабевала из-за все более возрастающего дефицита ресурсов.

Было ли вмешательство Запада?
Естественно, все это списывалось на «происки Запада», и в первую очередь на США, которые, безусловно, были гораздо более эффективными и, главное, стратегически верными, поскольку Москва по привычке заигрывала с армянскими продажными элитами, а Вашингтон — с народом. В Кремле прекрасно знали, сколько конкретно американских правительственных и «неправительственных» организаций действовали в последние годы в Армении, сколько программ в экономической, социальной и экологической сфере они реализовали. Впрочем власти США этого никогда особо не скрывали. Сайт американского агентства по развитию (USAID) открыто публиковал отчеты о своей активности в этой стране. Но в Москве никто на это ответной активностью не реагировал, надеясь на Саргсяна и на российскую военную базу в Гюмри, политическое влияние которой, как показал ход развития событий последних недель, оказалось нулевым.

На чем держалась власть Саргсяна?
Власть «карабахского клана» в Армении держалась на пропаганде, насилии и страхе народа перед этим насилием. Но как только часть военных, вызванных из Карабаха на подавление социальных протестов или массовых беспорядков (не суть важно) в Ереване перешла на сторону митингующих, сила страха иссякла. А сам Серж Саргсян и его окружение из звезд первой величины в одночасье превратились в полное ничтожество, кем они, фактически, и были до своего восхождения по крови Карабахской войны на Олимп власти. В 2018-м в Армении случилось то же самое, что случилось в Италии в 1944-м, а в Германии — в 1945-м: армяне отвернулись от цегакронистов Саргсяна также, как итальянцы отвернулись от фашистов Муссолини, а немцы — от нацистов Гитлера.

Возможен ли «крымский» сценарий в Армении?
Россия сегодня не имеет ни малейшего шанса силой повлиять на ситуацию в Армении, никакой «крымский» сценарий образца 2014-го в нынешних условиях в Армении абсолютно невозможен. У России сегодня в Армении нет ни малейшей социальной опоры в лице русского (все оно было выдавлено) или русскоязычного (эмигрировало по экономическим мотивам) населения. В стране осталась молодежь, воспитанная в националистическом духе, и крестьяне, которые никогда в силу своей невежественности не были близки к России и русской культуре.

Эти процессы были хорошо известны Кремлю, но активное противодействие им не предпринималось, поскольку президент Путин и его окружение были уверены в незыблемости власти хунты армянских военных преступников, манера которых по управлению своей страной была почти тождественна российской. Поэтому, даже если российское военное присутствие с опорой на 102-ю базу МО РФ в Гюмри будет увеличено, то оно ничего не даст, так как основной массой населения будет встречено враждебно и будет им восприниматься, как попытка Москвы реставрировать силой оружия власть свергнутого в ходе социальных протестов «карабахского клана». Поэтому Кремлю остается только выжидать и откровенно ждать чуда в виде какой-нибудь фатальной ошибки Никола Пашиняна.

Но надеяться на этой явно российским властям не приходится, поскольку ни одной ошибки он еще не совершил, и это обстоятельство позволяет с высокой степенью вероятности утверждать, что не совершит и впредь. Пашинян на протяжении всего времени политической турбулентности в Армении всегда был на шаг впереди действующей власти, постоянно выдвигал требования, к ответу на которые она никогда не была готова. В этом смысле показательная ситуация в связи с выражением позиции внутриармянских политических сил в преддверии выборов премьер-министра страны, назначенных на 1 мая.

Исполняющий обязанности премьера Карапетян и глава внешнеполитического ведомства Налбандян сразу после объявления даты этого действа 26 апреля вылетели в Москву «для консультаций», где встретились соответственно с Путиным и Лавровым. Вернувшись в Ереван, они так и не смогли предложить протестующей столичной общественности какой-либо внятной или конкретной интеллектуальной альтернативы требованиям оппозиции. Похоже, своего собственного мнения на этот счет у пока еще правящей армянской верхушки, свято верившей в непогрешимость и бесконечность своей власти, на этот счет не было. А в Москве для них ничего толкового в условиях кризиса придумать не смогли, так как были убаюканы сладкоречивыми заверениями главы МИД России, что ситуация в Армении находится под его неусыпным контролем. Но в итоге мы имеем то, что имеем.

Новый премьер?
28 апреля все парламентские политические партии Армении заявили, что на предстоящих выборах премьер-министра поддержат кандидатуру Никола Пашиняна.  В том числе в его поддержку высказался даже «Дашнакцтюн», который был извлечен из политического небытия и отряхнут от пыли лично Сержем Саргсяном и являвшийся долгое время политическим сателлитом правящей Республиканской партии Армении. Позицию армянских республиканцев в сложившейся ситуации иначе как малодушной назвать нельзя. Они заявили, что не будут выдвигать на пост премьер-министра своего кандидата, тем самым дав всем понять, что Карен Карапетян, ставленник Кремля и Газпрома, тихонько отошел в сторону, чтобы сохранить в целости свою голову.

Вообще у меня складывается впечатление, что «карабахский клан», почти два десятилетия верой и правдой служивший России, утратив опору на насилие или исчерпав лимит веры народа в возможность применения им для защиты своей власти этого насилия, лопнул как мыльный пузырь. В своих публикациях я неоднократно предупреждал власти России на протяжении последних пяти лет, что никогда нельзя верить военным преступникам и брать себе в услужение пособников международных террористов, чти руки по локоть в крови мирных представителей азербайджанского и других мусульманских народов. Президент России не должен здороваться за руку с мерзавцами, отдававшими приказы убивать мирных жителей Ходжалы, какими бы удобными и услужливыми они не были.

Сегодня уже ни у кого нет сомнения в том, что Никол Пашинян станет премьер-министром Армении, при условии, что его, конечно, накануне или во время голосования в парламенте не убьют. Этого тоже исключать нельзя, зная новейшую историю этой страны и некоторые темные и кровавые нюансы борьбы за верховную власть в Ереване в два последние десятилетия.

Что дальше?
Мы все являемся свидетелями смены политического режима в Армении. Есть надежда на то, что на смену уже практически ушедшим в политическое небытие руководителям и пособникам международных террористов к власти в этой стране придут более прогрессивно и либерально мыслящие люди, которые в своей политике будут руководствоваться реалиями этого мира, а не идеологиями, выкопанными из тлена прошлого.

Таким образом находит свое подтверждение общечеловеческая истина о том, что ради собственных амбиций или удобства управления никакой народ — ни чужой, ни свой собственный –нельзя держать за безмозглое и безмолвное быдло.  Рано или поздно чувство человеческого самоуважения как искра Божия неизбежно зажжется. И тогда, как писал Александр Дюма-сын, «ни одна армия в мире не способна остановить идею, время которой пришло».

Олег Кузнецов,
российский политолог и историк,специально для Eurasia Diary 

1 мая 2018 года

Facebook comments:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *