ЗА ДЕСЯТЬ ЛЕТ КОРРУПЦИЯ В ГРУЗИИ ВЫРОСЛА В ТРИ РАЗА

На прошлой неделе пищу для разговоров в прессе дали исследования, проведенные организацией Freedom House, касающиеся коррупции в Грузии, уровень которой согласно заключению исследователей на сегодняшний день находится на том же уровне, что в 1999-2000 году. Тогда как наше правительство постоянно говорит об отсутствии в стране коррупции. По оценке экспертов на низшем уровне, т.е. мелкого взяточничества уже и на самом деле нет – ни полицейские на улице, ни чиновники за какую-либо справку не станут вымогать у вас деньги, но зато процветает элитарная коррупция, которая глазу обычного обывателя не видна, так как ареал ее — высшие слои общества. В отчете Freedom House даны оценки различным направлениям развития демократии в бывших советских республиках. В главе, касающейся Грузии, отмечено, что показатель коррупции здесь – 5,00, такой же, как и был в 1999-2000 гг. Значит, наши «благодетели» выдают ложь за правду? С этим вопросом мы обратились к Давиду Якобидзе, бывшему министру финансов Грузии, известному неподкупностью и порядочностью в 90-х годах, в период наивысшего расцвета коррупции.

— Термин «коррупция» следует толковать на основании законодательства, а то сейчас все употребляют его как попало.

— Употребляют, когда имеют в виду что-то очень плохое и неприемлемое.

— Да, это так. Толкование, которое превалирует у нас, соответствует европейскому пониманию этого слова, которое опирается на римское право. В странах,где распространено естественное право, корупция – это когда один человек берет у другого сумму денег, которая ему не полагается. К примеру, когда во времена коммунистов председатель исполкома брал деньги у граждан за квартиру, построенную государством и предназначенную для удовлетворения нужд населения, или когда военком освобождал от армии призывника в обмен на определенную сумму, то есть пользовался теми полномочиями, которыми не обладал и т.д.

В таком случае, в первую очередь, следует обратить внимание на то, что представляет собой объект продажи, исследователи называют его экстерналией. Для справки: это то богатство, которое принадлежит всем и конкретно никому, таким образом, никто не имеет права использовать его в личных целях, несмотря (и в особенности) на занимаемый высокий пост. В данном случае можно говорить наряду с криминалом и о нарушении морально-этических принципов.

— Понятно, что коррупция – явление аморальное. Может, приведете какой-нибудь пример?

— Взять, например, вопрос строительства новой автомобильной магистрали на Гомбори. Всем понятно, что это дело полезное и почетное. Но как расценить тот факт, что часть денег, предназначенная для этого дела, «переигрывается» на строительство Ваке-Сабурталинской магистрали? На первый взгляд, это обычное народно-хозяйственное явление. Но такие «игры» — явное нарушение.

— То есть сознательное нарушение нормального процесса? Но для чего? Кому это нужно?

— Вернее будет сказать – для кого? В чьих интересах? По чьей-то глупости? — Да, это аморально и, вместе с тем, это – коррупция.

— Около Гори собираются строить тоннель стоимостью 75 миллионов. В этом тоже есть элемент коррупции?

-От такого типа коррупции ущерб, нанесенный экономике, настолько велик, что исключено, чтобы это не попало в поле зрения общественности, прессы и, естественно, организации Freedom House.

— Это и есть элитарная коррупция?

— Ни в коем случае! Это обычная коррупция. Присвоение общественных благ лицами, чей статус не предусмотрен хозяйственным правом. Такой возможностью могут пользоваться лишь высокопоставленные чиновники – элита. В этом смысле мы можем назвать ее элитной, хотя по сути это совсем не то, вследствии отсутствия в стране целенаправленной экономической стратегии. Скорее это результат бездумного управления экономикой и чудовищная некомпетентность. Что может быть страшнее того, когда руководящий пост занимает случайный человек, который дает себе право еще и командовать людьми. Когда у тебя нет самокритики, когда тебя не волнует твоя некомпетентность, когда у тебя не хватает смелости восстать против чьего-то каприза – отложить прокладку гомборской дороги ради строительства бессмысленной трассы в ущелье реки Вере, чтобы заработать очки в предвыборной кампании, и указать легкомысленному правителю на то, что это губительно для экономики страны. Даже деспот Сталин прислушивался к мнению генералов. Настойчивость генералов означает правоту.

— Не могу не согласиться с вами. Но позвольте спросить, когда я по незнанию и амбициозности назначаю на пост министра некомпетентного человека и наделяю его всеми мыслимыми полномочиями, разве это не коррупция? Или дело должно обязательно касаться денег?

— Безусловно, нет. Аморальность также проявление коррупции, и об этом мы уже говорили. Во времена коммунистов был такой товарищ Барсуков, который из шоферов попал в кресло заведующего отделом ЦК КПСС Грузии. Покойный Сулико Хабеишвили, отраслевой руководитель ЦК, любил говорить о нем: «И снял бы, да не знаю, куда направить на работу». В таком же положении окажутся и эти.

— В том числе и министр экономики и устойчивого развития(?)…

— Вот уйдет она с поста министра, но куда? Что, у нее есть диплом? Есть высшее образование? Не хочу критиковать эту молодую женщину, может у нее какой-то редкий талант руководителя…

— И, как ваш Барсуков, явит нам свои таланты после того, как окажется на руководящем посту?

— Может, это самородок, и ей удастся спасти экономику Грузии.

— Экономику и устойчивое развитие.

— Давайте оставим в покое смысловой и лингвистический аспект названия министерства и продолжим наши рассуждения. Вот нам говорят, что «строитель индустрии» Кутаиси

должен стать туристическим центром. И это решение обусловлено устойчивым развитием?! Или это продуманный вариант территориального устройства страны? Батуми вырастет и разовьется за счет Поти. Если в Батуми переберутся зарегистрированные в Поти фирмы – Поти погибнет. Потом создадут какую-то свободную экономическую зону, чтобы 35 000 наших граждан имели деньги на хлеб, и будут мечтать, чтобы население возросло до 300 000, которые будут заняты производством контрафакта – фальшивой продукции, которой и так наполнен наш рынок. Но куда нам до китайцев: все, что сегодня завозят к нам – все контрафакт.

— Это коррупция?

— Нет, производство корнтрафакта не коррупция. Есть такие явления, для которых не придумано терминов. Тогда нам приходится выискивать в Кодексах приблизительные аналогии. Иногда напрасно. Когда Шеварднадзе в 1996 году начал борьбу с коррупцией, он ограничился лишь деятельностью чиновников, чтобы не помешать зарождающемуся бизнесу. Всем известно, какое взяточничество в те времена царило в банках при получении кредитов.

— 10 процентов надо было отдать. Шеварднадзе даже сказал об этом на одном заседании правительства.

— То, что происходило в сфере приватизации – это коррупция. Цирк отдали бывшему заместителю Джаошвили в результате коррупционной сделки. Если бы отдали нам, то мы бы стали миллиардерами и жили припеваючи под видом благотворителей, а то и в президентское кресло нацелились бы. Коррупцию тогда оправдывали ускоренной приватизацией, ускоренным принятием свободных цен и ускоренным процессом демократизации – и все это якобы в интересах государства.

— Хватит о прошлом – что было, то было. Сегодня по утверждению организации Freedom House уровень коррупции в стране на уровне 10-летней давности. Как насчет этого?

— Недавно в Грузию приезжал руководитель ФБР США. Думаю, что его приезд был связан с раскрытием коррупционных дел в Америке. Четыре с половиной миллиарда долларов было выделено нам на строительство дорог. В тендере победили израильские фирмы. Спрашивается, почему именно израильские? Может, у тех, кто дал деньги, были свои интересы, связанные с конкретными фирмами с целью получения «отката»?

— Это и есть коррупция.

— Причем международная, в которой наша доля незначительна.

— Способствование ведь тоже считается преступлением?

— Конечно. Но в противном случае мы не получили бы ни денег и ни дорог.

— Значит, оправдываете?

— Нет, но пытаюсь объяснить, что Грузия есть часть международной коррупционной схемы

.
— Я пришел к такому выводу, что попытки уничтожить коррупцию не на низшем, а на элитарном уровне – напрасный труд и обман. Коррупция была и есть. Что такое показатель коррупции – 5,00 спустя 10 лет?

— Обратите внимание: 10 лет тому назад, когда коррупция процветала на всех уровнях, она была оценена в пять баллов. Сегодня она только элитарная и опять — 5 баллов.

Разделим коррупцию на три уровня – низкий, средний и высокий, и примем во внимание, что на первых двух уровнях коррупция побеждена, получается, что общий балл опять равен пяти. Выходит, что сегодня коррупция в Грузии выросла минимум в три раза по сравнению с 1999-2000 годом! Это ясно без всяких расчетов.

Беседовал Армаз Санеблидзе

12.07.2010

Facebook comments:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *